Первый учредительный съезд Ассамблеи Чеченцев Европы — от Tumi Dishni — Нона Хонгашвили


ссылка на публикацию ФБ : https://www.facebook.com/media/set/?set=a.10213768788713537&type=3

Tumi Dishni поделилась воспоминанием.

В Страсбурге 23 февраля 2019 года по инициативе руководителя Ассоциации «Барт-Маршо» (Единство-Свобода) Сулеймана Джамбулатова состоялось первое заседание «Ассамблеи чеченцев Европы», символически посвященное 75-летию со дня депортации чеченцев и ингушей в Казахстан и далекую Сибирь советским правительством 23 февраля 1944 года.

Это самая трагическая и незабываемая дата в истории Чечни и Ингушетии. За последние двести лет, чеченцы были депортированы три раза: в 1864 году (в ходе кавказских войн) в Турцию, Сирию и Иорданию; в 1944 году (во время Отечественной Войны) в Казахстан и далекую Сибирь; а с 1994 года, с первой чеченской войны по сей день продолжается отток чеченского населения в Европу и на другие континенты мира.

На сегодняшний день за пределами Чечни насчитывается около 200 000 беженцев, причем большинство этих людей (около 150 000 чеченцев) проживает в Европе. Вряд ли найдутся на свете малая страна и малый народ, пережившие за время своего существования столько геноцидов, ссылок, концлагерей и кровопролитных войн. Чечня, по сей день, оккупирована, но, как говорится в одном народном грузинском стихотворении — «Волчата вырастут и впредь…»

Ступив на землю Европы, я сразу почувствовала, что оказалась в совершенно ином мире. Впечатления от радушия встречающих меня родных людей (с которыми я не виделась годами) сопутствуемые счастливым нашим смехом, сменялись потрясающими впечатлениями, которые наполняли меня по пути от Штутгарта до Страсбурга. Причем все это время не покидали меня и мысли о предстоящем конгрессе…

На следующий день, после идиллического отдыха в обществе близких и дорогих моему сердцу людей, мои милые хозяюшки отвезли меня по указанному адресу, где и должен был состояться конгресс.

 Отсветы страсбургского солнца словно заигрывали с зимней стужей, а зеленая травка словно дожидалась перемирия с зимними холодами. Еще во дворе я почувствовала совсем иную ауру, тотчас узнав чеченцев. Умные лица, вежливые, уравновешенные, но в то же время ловкие манеры, особый чеченский этикет, подчеркнутая скромность при приветствии, как бы балансирующая врожденную горделивость…

Джамбулат приветствовал нас еще издалека. Зейнаб и Малика смутились, и, убедившись в том, что оставляют меня в надежных руках, тотчас ускользнули. Джамбулат с радостью провел меня в конференц-зал. Вступив в него и увидев такое множество молодых чеченцев, я была поражена. Меня всегда восхищала эта особая манера стоять прямо, расправив плечи (показатель внутренней силы), но в то же время, склонив голову и по мусульманскому обычаю скрестив кисти рук (такое впечатление, словно руки поддерживают друг друга). Вот и на этот раз мое внимание привлекло это зрелище.

Вдруг из задних рядов, словно фея, выпорхнула светловолосая, голубоглазая красавица. Джамбулат повернулся ко мне, сообщив, что оставляет меня на попечении Майнат и наших братьев. И впрямь, рядом со мной и Майнат тотчас выстроились молодые люди, проводив нас к задним рядам. Впрочем, позже они появились вновь, почтительно объяснив, что нам отведены места за особым столом, и попросив пересесть туда. Когда зал погрузился в тишину, я робко окинула его взглядом, но вид родных, милых лиц придал мне смелости.

В передних рядах сидели престарелые участники, в задних же рядах стояли незнакомые чеченские красавцы. Сердце мое наполнилось гордостью. Было ощущение, что подобно фениксу, восстает из пепла тлеющая надежда обрести свободу. Она, подобно ветерку, всколыхнула висевший на стене флаг свободной Ичкерии, точно найдя тихую гавань под сенью висевшего рядом с ним флага европейских чеченцев… Все это было настолько родным, до глубины души знакомым и волнующим, что меня за последние двадцать лет впервые охватило странное чувство: будто я находилась в Чечне времен президентства Джохара Дудаева…

Не забыть мне 1993 год, когда я впервые посетила Грозный. Приехав, я словно очутилась в совершенно особом, ином пространстве. С одной стороны волнующие впечатления от встречи с исторической родиной, которая с детства воспринималась как некий миф, сказка… с  другой — угрюмые картины Грузии 90-х. Из одной Родины (обессиленной от энергодефицита, изможденной гражданской войной и одетой в траур после абхазской войны), я перебралась в другую, процветающую Родину, жизнь в которой била ключом. По улицам города порхали светловолосые, голубоглазые девушки, похожие на дикие, но нежные и радужные горные цветы. Из них неудержимым потоком струилась страсть к жизни. Однако в городе преобладали чеченские удальцы. Полные жизни и юмора, с открытыми, счастливыми лицами ходили они по улицам и даже при обычной ходьбе словно парили, как орлы.  Старцы с чуть заметной улыбкой на устах взирали на все это, радуясь свободе своей страны, любуясь на ее молодежь. Трудолюбивые и неутомимые как пчелки чеченские матери грели землю своими сердцами и руками… каждая пядь земли, казалось, была пропитана ароматом долгожданной свободы, и люди были готовы отстаивать ее ценой собственной жизни.

По вечерам молодежь устраивала пляски и игры, смотреть на которые было большим удовольствием. Песня Тамары Дадашевой «Миллион нохчи» (посвященная рождению миллионного чеченца) взмывала к небу. С экранов ТВ звучал отдающий стальными нотками голос Джохара Дудаева, и сдобренные шутками его речи. Иной раз мелькал силуэт Звиада. В такие минуты мы усаживались перед экранами, прислушиваясь к его высказываниям. Новости Грузии также интенсивно освещались.

Но вот ураганом пронеслась над Чечней первая война. Чеченцы сохранили свободу ценой жизни, вынудив российскую армию покинуть Чечню, и обогатив мировую историю легендарной своей победой. Приехав в Чечню в апреле после войны, я увидела, как зеленела травка на улицах и руинах домов, а уцелевшие деревца вспыхивали молодой листвой. Словно само солнце светило как-то по-иному. Обросшие бойцы с таинственным видом, горделиво расхаживали по родной земле. Страсть к свободе кружила в воздухе, чувствовалась на каждом шагу… Даже в длинных и тоскливых очередях за водой звучал по вечерам веселый, молодой смех. Чеченцы, потерявшие столько родных и пережившие такую напасть, сумели-таки продолжить жизнь в привычном ритме.

Однако вторая война была подобна цунами, унесшее с собой города, села, всю страну, саму жизнь… Начало второй чеченской войны – одно из самых страшных воспоминаний моей жизни. Никто и представить себе не мог, что российская армия вновь появится у подступов Грозного. Когда зазвучала тревога, возвещавшая о вступлении танков в город, все покинули дома и высыпали на улицы. Не помню, как я оказалась под открытым небом, едва успев одеть двухлетнюю дочурку и закутать ее в легкое одеяло. Вокруг царила необычная тишина. Толпы людей (большинство из них — женщины и дети) безмолвно неслись по улицам. Не помню, как я добрела до дома старшей сестры, как мой зять вывез нас из города, и как мы добрались до Панкиси. Отчетливо помню лишь тишину и лица людей…

Затем уже в Панкиси мы выслушивали горестные рассказы беженцев о том, как русские бомбили все подряд: детские сады, школы, вузы, библиотеки… как пытали наших ребят в концентрационных лагерях… Среди беженцев встречались единственные выжившие члены многочисленных семейств. Были среди них и матери отправившие на войну пять-шесть сыновей, но не дождались даже их останков. Беженцам было трудно рассказывать о перенесенных невзгодах, поэтому иные истории я слышу впервые лишь сейчас, спустя столько лет. Эти люди жили среди нас, а я и не ведала, через что им пришлось пройти.

В течение двадцати лет я носила с собой эту нестерпимую боль. Чеченский народ подвергся пыткам со стороны освобожденных из российских тюрем палачей, вновь мобилизованной армии и эшелонов, которым не было счету. Наши орлы пали в этой неравной борьбе. Они воевали на своей земле, защищая ее, бились за свободу Родины, отстаивали честь и достоинство своих семей. Грузия приютила множество беженцев. Сотни раненых бойцов привозили сюда, затем их перевозили в Турцию, женщины же с детьми в основном находили укрытие в западных странах.

Я думала, что среди чеченцев не осталось бойцов, которые сумеют постоять за Родину, думала, что воспитанные в годы войны, травмированные, их дети попытаются забыть о вышеупомянутых ужасах. Я полагала, что женщины потерявшие отцов, братьев и мужей не найдут в себе силы принести в жертву еще и своих сыновей. Тоска об утраченной Родине ни на секунду не оставляла меня. Я видела изгнанные, разрозненные политические партии, которые были не в силах объединиться. Видела, что тайным силам, как внутренним, так и внешним, легко удавалось сеять рознь, и до сегодняшнего дня политические попытки объединить хоть какие-то усилия против этой несправедливости, во имя спасения нашего будущего, вместо ощутимых результатов приводили лишь к разочарованиям и боли.

Но увидев такое множество (около двухсот) чеченцев вместе, я поняла, что настал долгожданный день, и я стала свидетельницей пробуждения новых сил, которым удалось воссоединиться. Это чеченцы с европейским гражданским опытом, европейским образованием и европейскими дипломатическими навыками, полностью при этом сохранившие чеченский менталитет, нашу религию и этику. Кавказцы народ талантливый, обладающий особым чутьем. Они (и я это заметила тотчас же) успели впитать в себя все лучшее, что характеризует Европу. В них уже начисто отсутствует кавказская агрессия.

Когда в ходе выступлений участников и обсуждения меморандума кто-нибудь из старцев эмоционально высказывал свои замечания, молодые организаторы с поразительным спокойствием, мягко заверяли их, что эти замечания будут обязательно учтены, убедительно и дипломатично подкрепляя аргументами правомерность того или иного пункта, вызвавшего возражения.

В итоге меморандум был составлен с учетом целей и убеждений абсолютно всех политических сил, людей любой категории. В нем также отмечалось, что именно объединенными усилиями чеченских общин различных стран будут решаться проблемы связанные с безопасностью, интеграцией, образованием и гражданскими правами чеченцев всего мира. Прочитав текст меморандума я убедилась в том, что Европа сформировала мышление этих молодых людей, в результате чего, разум для них стал гораздо действенным и целенаправленным инструментом, нежели холодное оружие.

С речами выступили представители чеченских диаспор из разных стран (Махмуд Бибулатов, Яраги Сулумов, Иса Бадуев из Германии, Руслан Ахаев из Эстонии, Абубакар Арсби, Шейх Мусаитов, Апти Сулумхаджиев, Якуб Кант, Дуки Тирлой из Австрии, Умар Исламов из Франции и другие). Их речи были чрезвычайно интересными.  После вступления, в котором выступающие коснулись болезненной темы депортации, говорилось о задачах ассамблеи, о планах на будущее, о реально намеченных путях объединения усилий, и о том, как можно достичь цели следуя европейской правовой, цивилизованной системе, не теряя при этом своей самобытности.

Интересен был доклад  Майнат Курбановой из Австрии, в котором речь шла о гражданских правах, и о том, сколько усилий требует от молодежи процесс интеграции с европейским миром (так чтобы они не утратили идентичность), и как им необходима поддержка лидеров чеченских общин различных стран. А также о том, как нуждаются в поддержке чеченские женщины, попадающие в чуждую им среду.

Самым приятным было то, что все докладчики говорили на родном чеченском. Лишь я одна произнесла свою речь на русском языке, за что даже принесла извинения перед выступлением. В своем докладе я коснулась грузино-вайнахских отношений и темы депортации вайнахов в грузинском обществе. Когда меня попросили подписать меморандум «Ассамблеи чеченцев Европы» я несколько удивилась, ведь я живу не в Европе. Однако тотчас мелькнула мысль о том, что Грузия вскоре также станет частью большой европейской семьи, и с радостью проставила свою подпись.

Представители чеченских общин разных стран приняли решение, согласно которому отныне «Ассамблея чеченцев Европы» станет постоянно действующим органом, и подобные заседания будут проводиться ежегодно. Причем соответствующие координационные функции будут выполняться наблюдательным советом Ассамблеи.

Техническим координатором Ассамблеи в Европе путем голосования был избран — успешный молодой человек Джохар Газанбиев, получивший образование в Европе. 

Также в качестве представителя СМИ конгресс посетил и главный редактор «Голоса Ислама» Хамза Черноморченко.

Хотелось бы выразить особую благодарность Джамбулату Сулейманову — молодому чеченскому писателю, историку и общественному деятелю, а также другим организаторам, Шамилю Альбакову и Умару Исламову, которым удалось организовать конгресс, создать ассамблею и объединить чеченские силы.

Что касается Джамбулата Сулейманова, с которым я заочно познакомилась как с автором моей любимой книги («Потомки Ноя: из прошлого в будущее») и публикации которого впоследствии не раз читала: кто бы мог подумать, что встречусь с ним на этом конгрессе! Преисполненный благородства молодой человек с типично чеченским обаянием, достойный патриот своей страны, который в ходе конгресса постоянно оказывал каждому из гостей почтительное внимание, явился еще одним живым примером особого чеченского этикета и достоинства.

Успехов ему!

Пусть с каждым годом крепнет эта новая сила и да достигнет она заветной цели!

Сила в единстве!

Да хранит нас Аллах! 

Туми Дишни (Нона Хангошвили)

Перевод с грузинского Ии Квачахия

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s